Как строился Киевский Владимирский Собор

Чeрeз нeскoлькo днeй нaступит вeликий xристиaнский прaздник — Пaсxa, Вoскрeсeниe Xристoвo. Глaвный прaвoслaвный сoбoр Укрaины, извeстный вo всeм мирe Киeвский Влaдимирский сoбoр был пoстрoeн в чeсть св. Рaвнoaпoстoльнoгo князя Влaдимирa, и oн являeтся нe тoлькo пaмятникoм вeликoму прoсвeтитeлю, нo и xудoжeствeнным пaмятникoм прoшлoгo стoлeтия.
 

Мысль o сooружeны eгo вoзниклa в цaрствoвaниe Импeрaтoрa Никoлaя Пaвлoвичa; зaлoжeн собор в царствование Императора Александра Николаевича и по его же повелению возобновлены были работы по сооружению собора; план внутренней отделки собора и главнейшая часть её выполнена в царствование Императора Александра Александровича, особенно живо интересовавшегося ходом художественных работ в соборе; закончено сооружение собора в благополучное царствование Императора Николая Александровича.

Собор строился боле тридцати четырех лет, считая десятилетнюю приостановку работ. Торжественная закладка его совершена митрополитом Киевским Арсением в 1862 г., в день памяти св. Владимира, но мысль о сооружении храма в честь просветителя Руси выражена была митрополитом киевским Филаретом Амфитеатровым гораздо раньше, еще в 1852 г., полагавшим, что лучшим памятником для святого князя, озарившего Русь евангельским светом, было бы сооружение в честь его величественного храма.

Архитектору Штрому, строителю здания Киевского кадетского корпуса, поручено было составление плана собора. Штром составил план грандиозного крестообразного храма о тринадцати куполах в византийском стиле. За составление архитектурная проекта Штром получил звание академика, но смета расходов для выполнения этого проекта выразилась в сумме свыше 700 тыс. руб. Между тем, подписка, объявленная по всей России, дала только 100 т. руб.

Он поручил епархиальному архитектору Спарро составить новый план собора, более скромный, отвечавшей наличности возможных средств. Спарро обрезал в проекте Штрома концы креста, несколько уменьшил центральную часть храма, уменьшил число куполов с тринадцати на семь, и новый проект был готов.

Проект Спарро был утвержден и принят. Между тем, митрополит Филарет скончался. Занявший его кафедру митрополит Арсений высказал неудовольствие по поводу проекта Спарро. Он признавал, что храм, построенный по проекту Спарро, не соответствовал бы важности события, в память которого сооружался.

Нетрудно догадаться, с каким сочувствием встретил он предложение, отвечавшее его мыслям, построить храм «вдвое больший», не выходя из сметы Спарро. Предложение это должно было показаться тем менее фантастичным, что принадлежало оно архитектору, уже успевшему с самой выгодной стороны зарекомендовать себя такими работами, как завершение постройки здания университета св. Владимира, как постройка зданий Киевского анатомическая театра, Киевской 1-й гимназии, пансиона графини Левашовой.

Это предложение было сделано архитектором Беретти. Смелое заявление, снабженное вескими доводами специалиста, имело успех. Беретти получил поручение составить новый проект сооружения Владимирского собора. Энергично, с увлечением и сознанием важности задачи принялся покойный Беретти за выполнение поручения, но судьба не благоприятствовала ему.

«Мне хотелось», писал потом Беретти в своей самозащите, в брошюре «О строящемся соборе во имя св. Владимира»: «чтобы собор во имя св. Владимира имел древнерусский стиль, и вот, задавшись такой идей но не имея подходящих образцов, я решился совершить поездку по России». Он осматривал древние храмы и прежде всего остановил внимание на ярославском храме во имя св. Иоанна, но изучение архитектуры древних храмов архитектору «не дало того, чего искал» он. Беретти кончил тем, что принялся за расширение плана Спарро за счет массивности соборных стен и столбов.

Длину собора с 15 саж. он увеличил до 22½ и в соответствующей пропорции увеличил вообще всё здание. По его проекту, лицевой фасад собора должен был равняться 13¼ саж., а высота до креста главного купола 23 саж.

15 июля 1862 г. совершена закладка собора, и Беретти приступил к его постройке. Все шло благополучно. Большой и малый купола уже были доведены до оконных пролетов, уже были окончены верхние своды, кроме трех сводов в западной части здания, как вдруг стряслась беда. На нижних столбах со стороны малых арок и над этими столбами по линии главных поперечных арок, на малых арках и на соприкасающихся к ним парусах малых куполов появились вертикальные трещины.

Приехали из Петербурга два архитектора для выяснения причин происшедших повреждений и для решения вопроса о возможности продолжать работы дальше, но пока архитекторы делали свои исследования, в соборе лопнули связи главных поперечных арок, арки осели, а главные столбы отклонились.

Новая катастрофа настолько удручающе повлияла на лиц, заведовавших постройкой собора, что сооружение его с 1866 г. было приостановлено. Еще более тяжелое впечатление произвела катастрофа на строителя собора, скончавшегося 6-го июня 1895 г.

Он всячески старался оправдаться, доказывал, что лопнула штукатурка, а не стены, обвинял в небрежности подрядчика, разбиравшего купол, хлопотал в Киеве, ездил в Петербург, то смирялся и признавал за собою ошибку, то настойчиво заявлял о своей невиновности и требовать оставления за ним дальнейшего руководства работами, сильно волновался и после устранения от производства работ перенес несколько весьма тяжелых нервных припадков, пагубно отозвавшихся на общем состоянии его здоровья.

В течение десяти лет не возобновлялись работы по сооружению собора и возобновлены были только по настоятельному желанию Императора Александра Николаевича. В 1875 г. государь посетил Киев. Во время проезда по Бибиковскому бульвару Государь обратил внимание на заброшенную постройку и выразил желание, чтобы сооружение собора было окончено.

Вскоре из Петербурга приехал в Киев академик архитектуры Бернгардт, командированный Министерством Внутренних Дел для осмотра собора. Было произведено исследование прочности стен строящегося храма. Бернгардт составил обширный технический расчет по укреплению стен собора с громадным альбомом чертежей, хранящийся ныне у В. И. Николаева. В этом расчете доказывается полная несостоятельность сооружения, но, тем не менее, Бернгардт пришел к заключению, что дело обстоит не так безнадежно, чтобы обрекать на гибель выстроенную часть собора.

Петербургский архитектор признал нужным сделать боковые пристройки, устроить массивные контрфорсы, некоторые части разобрать и сложить заново, а внутри собора, под хорами, положить железные связи. Бернгардт составил также смету расходов по укреплению и достройке здания, исчислив их в 250 тыс. руб. Эта сумма немедленно была отпущена Министерством Внутренних Дел, и в июле 1876 г. вновь приступили к работам.

(Продолжение следует)

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.